Английские числа – всё меняется

Эту короткую заметку об английских числах, точнее, как менялось их восприятие самими англофонами, начну с упоминания одной из самых публикуемых книг всех времён и народов – A Tale of Two Cities товарища Диккенса. Причём я не шучу: она стоит на третьем месте среди мировых бестселлеров с 200 миллионами экземпляров тиража, уступая лишь «Хадже Насреддину» (400 миллионов) и «Дон-Кихоту» (500 миллионов), куда дели Библию и т.п., не знаю, но погуглите сами и убедитесь, что я не преувеличиваю. Понятно, что, как и почти всё в нашем, а тем более в английском мире тут надумано и притянуто за уши, поскольку подобные тиражи, как я понимаю, объясняются сугубо тем, что «Истории двух городов» стоит в программе по английской литературе всех англоязычных школьников всего мира, так что печатать её приходится постоянно. Если бы коммунизм Ротшильдов победил и победил во всём мире, с Диккенсом запросто в этом отношении могла бы посоперничать трилогия Брежнева «Малая земля – Возрождение – Целина». А так, глядишь, не упомяни я про неё, вы бы и забыли, что не так давно это было важнейшим произведением социалистического реализма.


Вспомнил я про Диккенса лишь потому, что начинается его «История», изданная в 1859 году, словами:


It was the year of Our Lord one thousand seven hundred and seventy-five…


Из чего мы можем сделать простой вывод о том, что во времена Диккенса английские годы назывались так же, как сегодня мы называем их в русском языке, т.е. с упоминанием тысяч, сотен и десятков. В отличие от современного их английского прочтения, которое преподают нам в школе и которое, действительно, соответствует нынешней английской норме: 1775 носители английского языка видят как две пары чисел – «семнадцать семьдесят пять». Только так и никак иначе.


Помнится, в прошлом веке я с интересом ждал наступления 2000 года. Новое тысячелетие случилось, и его англичане так и называли – two thousand. Потом был two thousand one, two thousand two и так вплоть до 2012, когда в Англии случилась лондонская олимпиада. Поскольку смотрел я её по буржуйскому телевидению не помню уже, из какой страны, в оригинале, мне пришлось стать свидетелем того, как two thousand twelve примерно к середине олимпиады превратился в twenty twelve, что для дикторов и комментаторов оказалось проще и короче. С тех пор наши нынешние годы по-английски можно называть и через тысячу и парами десятков.


Упрощение языка (кто-то может это назвать «дебилизацией») затрагивает не только даты, но и время. Если некоторые образованные англичане, глядя на 7:30, скажут It’s half past seven in the morning, то их американские собратья в большинстве своём буркнут It’s seven thirty a.m. Разумеется, так гораздо проще: что вижу, то и пою. Странно, что они ещё не додумались делать то же, что и мы в русском языке: считать часы не до 12, а до 24. Ведь так легко видеть разницу между, скажем, 7:30 утра и 19:30 вечера, без всяких там a.m. и p.m., не правда ли?


Кстати, тупее необразованного английского может быть разве что английский солдафонский. Ничего не имею против тамошних военных, но вот кто дёргает их за язык, видя на китайских электронных часах или в телефонах, например, цифры 19:00, называть это время «девятнадцать сот» (nineteen hundred)? А ведь они именно так и делают! И это притом, что счёта на 24 у них, как я упоминал выше, нет. А поскольку эти «девятнадцать сот» часто упоминаются в фильмах о победоносной американской армии, так иногда начинают говорить и кинозависимые англичане…


Наконец, последнее наблюдение на этот счёт.


Если вы сегодня хотите сказать своему английскому собеседнику, чтобы он открыл страницу 197 или посмотрел турнир UFC 197 (по смешанным единоборствам, если кто не знает), то не вздумайте говорить, как вас учили: one hundred and ninety seven. Вас, наверное, поймут, но с некоторым трудом. И тем более не ждите, чтобы ваш английский собеседник именно так прочитал цифру 197. Потому что сегодня в обоих случаях англичанин гораздо охотнее скажет one ninety seven. А вообще же взяться за перо меня сегодня побудило услышанное с экрана государственного телевидения ONE NINE SEVEN.


Приплыли, сказал я себе, и решил познакомить вас с этим примечательным явлением. Ну, вероятно, чтобы упростить вам жизнь. Потому что иностранцы, изучающие русский, тоже, как правило, уже говорят «звОнит». Тупить – так дружно!


Удачи!


Частный репетитор по английскому языку

Английские числа

Московский государственный университет имени М. В. Ломоносова

  • Facebook Social Icon
  • Twitter Social Icon
  • Google+ Social Icon
  • YouTube Social  Icon